Альбомы
Башкиры: охотничий промысел
Башкиры: охотничий промысел
Заголовок
Башкиры: охотничий промысел
Народ
Аннотация
Основу хозяйственного комплекса башкир на протяжении длительного периода времени составляло кочевое и полукочевое скотоводство. После присоединения башкир к Русскому государству и на протяжении XVII в. полукочевое скотоводство продолжало оставаться основным видом хозяйственной деятельности сельского населения Башкирии. Вместе с тем, с этого времени возрастала роль земледелия. Наряду со скотоводством важную роль в хозяйственной жизни башкир играли охота, рыболовство, пчеловодство. Охота вплоть до конца XVII в. имела важное экономическое значение для башкир: после вхождения башкирских земель в состав Русского государства согласно договору башкиры обязывались платить ясак казне пушниной и мёдом, при этом принимались в качестве дани преимущественно куньи другие ценные шкуры. Объектами охотничьего промысла у башкир кроме куницы, были бобер, выдра, белка, лисица, горностай, норка, хорек, заяц и барсук. Охотились также на медведей, лосей и диких коз. Для башкир были характерны приемы и орудия как таежной (с различного рода охотничьими снарядами, луком и стрелами), так и степной охоты (с ловчими птицами – ястребами, соколами, беркутами и с гоном волков). Одним из примитивных приемов охоты была гоньба диких коз по насту, распространенная в башкирском Урале, преимущественно на восточном его склоне. Весной, после первых оттепелей и наступивших вслед за ними морозов, образовавшаяся на снегу ледяная корка не давала возможности козам быстро бежать. В это время башкиры выслеживали диких коз, а иногда также лосей и оленей, и преследовали их на лыжах. Животные, проваливаясь сквозь наст, ранили ноги и быстро бежать не могли; охотники нагоняли их и убивали . Охота на лосей, оленей и косуль производилась также с помощью специальных петель, которые устанавливались у водопоев или стогов сена. Гораздо многочисленнее и разнообразнее были приемы ловли зверей при помощи различных ловушек. На мелких животных башкиры охотились редко, в основном для продажи шкуры. Начиная со второй половины XIX в. железные тарелочные капканы и деревянные ловушки ставили на лису, зайца, барсука, куницу, норку, выдру, соболя, горностая, иногда на волка. Петли на зайцев, как и на лисиц, вили из конского волоса, позже из тонкой проволоки, ставили в количестве нескольких десятков на заячьих и лисьих тропах. РЭМ № 3935-235. Груда камней на вершине холма для отпугивания волков. Из коллекции Венгерского этнографического музея. Дер. Галиакбарова, Бурзянская башкирская дача, Орский у., Оренбургская губ. Фото С.И. Руденко. 1912 г. Среди ловушек более сложного устройства пользовались такими, которые прижимали зверя своей тяжестью (тəпе), и ударными капканами (тəпе, атма, hayыт) . Тəпе, или плашкой, называлась ловушка из двух помещенных одна над другой колод, верхняя из которых приподнималась и настораживалась; колода эта придавливала попавшего под нее зверя. При одном и том же принципе устройства тəпе бывали и очень маленькие, когда их использовали в качестве мышеловки, и очень большие, когда они настораживались на медведей. В первом случае тəпе состояло из двух плашек, в качестве приманки клалось сало, во втором случае ловушка делалась из бревен и приманкой служила павшая или задранная лошадь. При установке ловушки на медведя делался бревенчатый помост, над которым при помощи особых насторожек, сообщающихся с приманкой, закреплялась бревенчатая западня треугольной формы. На помост клалась приманка, и западня падала на медведя, как только он притрагивался к приманке . Тем же словом тəпе башкиры называли и ударную ловушку, которую ставили при охоте на мелких зверьков – горностаев, хорьков и др. Широко распространенной среди башкир была ударная ловушка, так называемая hayыт. hayыт бывали большие для ловли зайцев и лисиц, и маленькие, употребляемые для ловли мелкого зверя – горностая, норки, ласки. Устройство этой ловушки было довольно сложное. Она состояла из полого цилиндра, внутри которого помещалась двойная витая веревка, конопляная в малой ловушке и из сухожилия в большой. Эта витая, натянутая на клиньях веревка служила пружиной для ударного рычага. К середине цилиндра прикреплялась спереди узкая дуга из прута, а сзади деревянная ручка. Настраивалась hayыт при помощи деревянного курка и чекушки, от которой к прутку, закрепленному в вершине дуги, натягивался белый конский волос . Расставлялись hayыт на звериных тропах так, что на самом тропе лежала дуга. Ловушка, равно как и ее дуга, засыпалась снегом, следы тщательно заравнивались, для чего служила специальная лопатка, узкая и длинная, слегка изогнутая на переднем конце, которую ставившие капканы башкиры всегда имели при себе. Встречались у башкир ловушки, принцип устройства которых напоминал распространенные в Сибири черканы (самострелы). Со второй половины XIX в. среди башкир повсюду широкое распространение получили железные тарелочные капканы, различной величины и силы, в зависимости от рода зверя, для ловли которого они были предназначены. Сетями загоном ловили только зайцев, но прибегали к нему редко. Стреляли башкиры из лука и ружья. До XIX в. лук со стрелами был наиболее распространенным охотничьим оружием у башкир. Луки, употреблявшиеся башкирами для охоты, были двух типов: простые и сложные. Простой лук изготовлялся из березового или вязового дерева, сложный склеивался из двух половинок березовой и еловой и обклеивался снаружи берестой. Тетива (кереш) делалась или из крепкой конопляной бечевки, или из сухожилий. Башкирские луки были небольшие (до 1,5 метров длины) и сильно выгнутые. Охотничьи стрелы (ук) бывали были различных типов. Среди них имелись простые деревянные с слегка расширенным и уплощенным острием и стрелы с утолщенными головками (ук башак), так называемые тупакай, на которые насаживались иногда костяные наконечники. Тамары (тупакай) употреблялись для охоты пушного зверя, преимущественно на белку. Для охоты на крупного зверя чаще всего пользовались стрелами с железными наконечниками лавровидной и ромбической формы. Задний конец стрелы всегда снабжался четырьмя перьями и имел глубокий вырез для тетивы лука. По форме башкирские колчаны были общеазиатского типа, с деревянным остовом, обшитым кожей; кожаными перегородками или переплетом из обшитых сукном веревок они разделялись на несколько отделений. Стрелы вкладывались в колчаны всегда острием вниз. В колчанах иногда, чтобы предохранить оперение от повреждений, устраивался специальный каркас из тонких прутьев. Подобно налучьям, колчаны часто украшались железными пластинами и бляхами, покрытыми серебряной чеканкой. РЭМ № 3935-236. Башкирский колчан со стрелами, налучник (собственность Екатеринбургского музея). Уральское общество любителей естествознания. Фото С.И. Руденко. 1912 г. Ружья в старину у башкир были кремневые, со второй половины XIX в. их вытеснили пистонные ружья, позднее появились и берданки. На ремне, одевающемся через плечо, у ружейного охотника была привязана пороховница (котокса) из козьего или коровьего рога, кожаный мешочек или роговой сосудец для дроби (токсай, дроб hалгыз), роговой или кожаный футлярчик для пистонов (фистон hауыт), костяная мерка для пороха и дроби, особый кожаный мешочек для пуль или матерчатый для пыжей. Там же иногда были привязаны проволочки для прочистки пистонника и железный стерженек в деревянной рукоятке для забивания пуль в дуло. Особым объектом промысла являлся медведь. Охота на медведя осуществлялась как в одиночку с помощью рогатины в зимний период или группой из 2–3-х человек летом и осенью (перед залеганием зверя в берлогу). Последний способ среди башкирских охотников сохранился до настоящего времени: охотники на дереве устраивают лабаз (деревянные подпорки между деревьями с настилом из расколотых палок, на которые садится охотник), оставляют в качестве приманки падаль; возле падали ставят железный капкан, который привязывают к дереву или с помощью железного кола забивают в землю. На медведя в прошлом охотились также со специально устроенного лабаза. Башкиры устраивали лабазы возле задранных медведем животных. Для этого вырубали несколько жердей и привязывали их по две или по три в наклонном положении к двум, рядом с задранным животным растущим деревьям. По этим наклонным поставленным жердям с длинными сучками и взбирались на лабаз. На деревянных подпорках между обоими деревьями клались две довольно толстые жерди. На жердях у обоих деревьев настилался ряд расколотых палок, на которые садился охотник и ждал появления возле падали медведя. На куницу охотились поздней осенью по первому снегу. Использовался лук с тупыми стрелами, чтобы не испортить шкуру зверька. Собаки, отыскав зверька по следу, загоняли его на дерево и до прихода охотника не давали ему спуститься. Осенью и первые зимние месяцы охотились на боровую дичь. При охоте на тетеревов башкиры использовали лошадь с подъезда и на чучела. Охота на чучела производилась поздней осенью, когда тетерева собьются в стаи, главным образом в области лесостепи. На особенно приметном месте, на большом дереве помещались два-три чучела тетеревов, а под деревом сооружали шалаш, в котором устраивался охотник с ружьем. Два или три других охотника верхом на лошадях отыскивали стаи тетеревов и гнали их по направлению к дереву с чучелами, куда они и садились . Охота на тетеревов с подъезда производилась зимой, для чего лошадь запрягалась в специальные легонькие на высоких копылах санки. Проезжающего в санях охотника тетерева близко подпускали к дереву на котором они сидели, чем собственно и пользовался охотник: он клал ружье на специальную сошку, укрепленную на санях, и стрелял в птицу. Весной на месте токования использовались различные ловушки. Например, вбивали на некотором расстоянии друг от друга два колышка и соединяли их веревкой с привязанными к ней пятью-шестью петлями. В степной зоне промысловыми птицами являлись дрофы и куропатки. Рябчиков обычно стреляли из ружья. Мясо рябчиков чаще всего шло на продажу. Характерной особенностью охотничьего промысла башкир степной зоны вплоть до конца XIX в. было использование при охоте специально выращенных и дрессированных ловчих птиц. В первом десятилетия XX в. башкиры охотились только с соколами и ястребами и притом исключительно на уток и гусей . Беркутов хотя и ловили, но сами с ними не охотились, а продавали казахам. Обучение ловчих птиц, будь то сокол или ястреб, заключалось в том, чтобы приучить их по первому зову садиться на руку охотника. Для этого птицу в течение нескольких суток морили голодом, не давая ей ни пищи, ни воды. Отощавшую птицу охотник сажал себе на левую руку, правой же давал ей понемногу мяса, издавая при этом особый призывный звук (ку-уух) . Это кормление на руке производилось до тех пор, пока птица вполне не осваивалась со своим положением. Затем охотник заставлял птицу прилетать к нему на руку, сначала на близком расстоянии, потом на довольно значительное, причем в руке он держит кусок мяса, заменяющийся впоследствии вабилом. В первые дни обучения сокола башкиры не спускали его с руки целыми сутками, стараясь его утомить, не давая ему ни на минуту покоя. Когда птица будет настолько приручена, что будет по первому призыву бросаться на руку охотника, с ней начинали охотиться. На ноги ловчей птицы надевали коротенькие ремешки – ногавки (кайыш, тышау), в прорезы которого продевался длинный ремень (аркан). Клобуков на головах ловчих птиц башкиры-охотники не надевали. Процесс охоты с ловчими птицами был прост. Несколько человек верхом на лошадях, рано утром или под вечер перед закатом солнца, с соколами на руке выезжали в степь к озеркам и болотцам. Заметив на каком-нибудь из них стаю уток или гусей, спускали двух-трех соколов, а сами с криками и хлопаньем ногаек мчались к озеру. Вдогонку поднявшейся уткам пускался еще один сокол, который, стелясь по земле, подбивал стайку все выше и выше. Тем временем ранее выпущенные сокола, зорко следившие за стайкой, нагоняли ее, взвивались кверху, затем камнем бросались вниз на уток и били их когтями задних пальцев лап. Убив одну, две утки, сокол спускался на свою жертву и проклевывал ей череп, добывая мозг. Подъехавший охотник снимал сокола и брал добычу. Соколы-сапсаны, с которыми охотятся башкиры, как и кречеты, били птицу, падая на нее сверху, ястребы-утятники ловили уток в угон. Нередко башкирам удавалось добывать с соколами и гусей, особенно во время вечерних охот, когда водоплавающая птица летала с рек и озер на хлеба. Соколиная охота у башкир к началу XX в. пришла в упадок. Специального охотничьего костюма у башкир не было, использовалась традиционная повседневная одежда. Исключение составляла обувь с загнутым носком для удобства её закрепления на лыжном креплении. Снаряжение башкира-охотника состояло из лыж, подбитых шкурой, лука (до начала XIX в.), ружья, кистеня, топора и охотничьего ножа. Первые предметы охотничьего промысла башкир в фонда РЭМ (ГМ РМ) поступили в первые годы работы Этнографического отдела в составе коллекций, приобретенных собирателями среди башкир. Начало сбора было положено в 1905 г. Значительный вклад в формирование башкирских коллекций в фондах РЭМ внес известный ученый, археолог и этнограф С.И. Руденко (1885–1969). Первые свои поездки он совершил еще будучи студентом Петербургского университета. Во время учебы в Университете С.И. Руденко стал корреспондентом Этнографического отдела Императорского Русского музея, выезжал к башкирам, мещерякам, мордве, чувашам, марийцам для сбора этнографических коллекций. Первые экспедиции С.И. Руденко (1906 г, 1907г.) были связаны с изучением этнической истории и антропологии башкир. В 1904-1912 гг. отец исследователя был членом правительственной комиссии по размежеванию Башкирских земель, сын активно помогал отцу, собирая попутно этнографические материалы. В 1906-1907 гг. С.И. Руденко проводил обследование башкир Пермской, Оренбургской и Уфимской губерний. В результате этих поездок была собрана обширная коллекция предметов традиционной культуры башкир, в том числе и предметов связанных с охотой (РЭМ, колл. № 1002, 1205, 1234). В 1912 г. С.И. Руденко продолжил работу в Оренбургской и Уфимской губерниях. Была собрана значительная коллекция по традиционной культуре башкир (№№ 680), включая и предметы охотничьего промысла (РЭМ, колл. № 2881) . Важным дополнением к вещевым коллекциям стали фотографии, выполненные С.И. Руденко во время своих экспедиционных поездок, на которых запечатлены различные стороны повседневной жизни башкир (РЭМ, колл. № 1022, 3935). По собранным в ходе экспедиций материалов С.И. Руденко были написаны монографии «Башкиры: опыт этнологической монографии», «Башкиры: Историко-этнографический очерк». В 1948 г. в ГМЭ народов СССР (ныне РЭМ) были переданы коллекция Музея народов СССР (г. Москва), в составе которых поступило около 260 экспонатов по этнографии башкир. Экспедиционно-собирательская деятельность по комплектованию предметов традиционной культуры башкир было возобновлено в 1950-е гг. Ряд предметов, связанных с охотничьим промыслом, было приобретено С.А. Авижанской в 1969 г. (РЭМ, колл. № 7892). В целом поступления предметов, связанных с охотничьим промыслом башкир в 1970-1980-е гг. единичны. В 1980 г. во время экспедиции сотрудниками музея Е.Н. Котовой и Л.М. Лойко в Карзидельском р-не Башкирской АССР был приобретен кистень для обороны от волков (РЭМ, колл. № 10143-44). Литература 1. Руденко С.И. Башкиры: Историко-этнографические очерки / С.И. Руденко. – Уфа: Китап, 2018, 376 с. 2. Муллагулов М.Г. Охота / Добывающие промыслы // Башкиры (Народы и культуры) – М. : Наука, 2015 С. 166-169.
Авторы
Чувьюров Александр Алексеевич, научный сотрудник высшей категории отдела этнографии Поволжья и Приуралья
Дата публикации